default-logo

Восхождении на Эльбрус с севера в сентябре 2016г. Рассказ Александра Говорина

Рассказ Александра Говорина о восхождении на Эльбрус с севера с 9-ого по 18-ое сентября с нашими гидами Александром Морозом и Лесей Гошовской

fbkiyyxahw4

Наступило 9 сентября. Это день моего рождения и день, когда начинается путешествие к подножью Эльбруса, а оттуда восхождение. И сразу «бааа»! Я потерял банковскую карту, на которую, накануне, в Пятигорске перевел 30 тыс.рублей. Вот такой, подарок самому себе — напоминание, что надо быть внимательнее. Тут же ее заблокировал через мобильное приложение и поехал в аэропорт, где должна состояться встреча с группой.
За мной приехал «лимузин». Это 99-я модель Жигули, только удлиненная по середине. Водитель говорит, что такой ее и купил. А жаль, я уж подумал, что наткнулся на умельца.
В салоне, даже с моими рюкзаками было вполне свободно. Мы едем. На окне была наклеена елка и Санта, а снаружи жара. Вот такой праздник.
Водитель как-то страно себя ведет.
-Слушай, — говорит он мне оборачиваюсь, а я насторожился, но виду не подал. — Вы торопитесь!? Мне просто надо заехать в одно место, а кататься туда-сюда потом накладно. Давай заедем, там недолго. Я скидку сделаю.
Я особо не торопился, поэтому согласился. В итоге мы заехали по его делам. Итоговая цена поездки 108 рублей, а скидка получилась 8. Я промолчал. Машина остановилась возле фонтана, водитель меня еще раз от души поблагодарил, положив руку на сердце.
Для прилетающих впервые аэропорт Минвод может показаться на удивление небольшим, потому что принимающий терминал представляет из себя небольшое здание с лентой для получения багажа, несколькими стойкам заказа такси и рядами кресел для ожидания. Основной терминал — трехэтажное длинное и широкое здание с торговыми точками, кофейными аппаратами и залами для ожиданиями вылета. На площади перед аэропортом как коршуны дежурят таксисты, а напротив главного входа установлен фонтан.
Тут я и сел, возле фонтана, и стал ждать двух девушек с нашей группы. Их самолет из Москвы должен был сесть. Вон, вроде бы они. Единственные с большими рюкзаками. Сначала они пошли в сторону парковки, но затем повернули ко мне. Мы познакомились. Их имена Женя и Лера. Как выяснялось позже, Женя, изучив мой профиль в соц.сетях пришла к выводу, что мне сорок и поэтому они не сразу подошли ко мне на фонтане.
Мы сели на рюкзаки в тени деревьев на парковке. Скоро за нами должны подъехать наши гиды. За время ожидания нам несколько раз предлагали трансфер к Тересколу, но нам надо на другую сторону горы.
Жене 24 года, а Лере 28. Они вместе работают, вернее работали, Женя на кануне восхождения уволилась. Она высокая блондинками с большими голубыми глазами, Лера ростом ниже, с острыми чертами лица. Стоит добавить, что Лера очень стройная, даже худая. Но ей это идет.
Прдъехал наш транспорт! Это УАЗ, 1988 года светло, то ли синего, то ли серого цвета, я бы назвал его джинсовым. За рулем Сергей, мужчина с седой бородой и закатанной по рукава плотной темно-серой рубахе. С ним наши гиды — Олеся и Саша. Они оба с Украины. В нашей группе, Саша главный,он, так сказать, руководитель группы.
-У кого тут день рождения? — спросил он.
-У меня, — ответил я.
-Ну, поздравляю!
И все остальные меня тоже поздравили.
Мы забросили рюкзаки в машину и поехали Кисловодск.
Саша и водитель спереди. Между ними и салоном перегородка из мутного стеклопластика, затертого от временем частыми действиями с ним «закрывание — открывание». Если что то необходимо сказать или передать водителю, то просто нужно постучать по оконцу.
В салоне УАЗа помимо наших рюкзаков, еще снаряжение и еда. Мест для седения — две лавки друг напротив друга.
В Кисловодске наша группа полностью укомплектовалась. Олегом — айтишник из Омска, Дашей и Бони (Bonny) из Дубай. Родом Даша с Украины, но уже два года работает в отлете Дубай, Бони с Калькутты в Индии,в Дубае трудится поваром одного из отелей. По-русски он не говорит и не понимает не единого слова, но зато знает английский, так что, проблем в общении быть не должно.
Такой интернациональной командой мы выдвинулись к подножью Эльбруса на поляну Эмануэля (высота 2500 метров над уровнем моря) .
В дороге ели яблоки и конфеты.
ifs3hgo9ism
Остановились по дороге в кафе с настоящей кавказкой кухней. Там тоже поели.
Хотя ехать пришлось в тесноте, но было вполне комфортно. За переезд «содержимое» УАЗика утрясалось и как обычно это бывает, в самом начале путешествия, все ведут себя сковано, но обстановка заставляет сбрасывать оковы смущения перед абсолютно новыми и незнакомыми людьми. Полностью напряжение спало в дороге по перевалу. Она представляет из себя одну ухабистую полосу для движения, с одной стороны которой обрыв. Многометровый склон, от одного взгляда туда, вниз, замирает сердце. Водитель, вроде, уверенно двигается по этому опасному пути. В салоне началась истерика когда Сергей начал набирать смс , а потом разговаривать по телефону.
Облегчила поездку погода, выпал туман и масштаб возможного падения в пропасть был скрыт за пеленой облаков.
Мы приехали целыми. Кавказ чудесен и красив. Горные хребты впивают в небо свои острые края, вспарывая облака, а они этого не замечая, несутся дальше погоняемые ветром-пастухом.
Светового дня хватило лишь на то, чтобы поставить палатки. Хотя в нескольких метрах течет река, недалеко есть нарзан. Это вкусная вода из недр земли, слегка газированная. Ею мы и пользовались.
Еда готовилась. Я и Олеся пошли до двух смежных баз, находящихся чуть выше нашей стоянки за рекой.
В кафешке сидели мужики с обгорелыми лицами и что-то обсуждали на немецком. Один русский, с обильно обмазанными кремом губами, стоял у барной стойки, и недовольно поглядывал на меня.
-Я вообще то первый, — сказал он.
-Вам налить стакан? — спросила его дама, видимо, и бармен и продавец этого заведения.
-Да.
-Ну а ему то, — кивнула она в мою сторону, — бутылку надо.
Конфликт был исчерпан. Я купил бутылку крымского красного вина за 700 рублей, а он стакан белого. Мы даже немного пообщались. Он рассказал про базовый на 3800, что там выпал снег и вообще там жопа.
За ужином мы выпили вина, меня поздравили с 26-летием. И как это классно отмечать день рождения началом такого путешествия.
-Что это за кошачья миска, — спросил Саша, когда Лера протянула ему свою тарелку для еды, — его удивление можно понять, если сжать кулак, то он с трудом поместиться в этой тарелочке.
-Я мало ем, мне этого хватит, — ответила Лера, на что Саша просто пожал плечами.
Ночью, около полуночи, я проснулся от головокружения , бешеного стука сердца и весь в холодном поту. Через десять минут недомогание прошло, и ярешил, что если следующей ночью это повторится, то я сообщу гидам, а пока будем считать, что это реакция организма на высоту.

dnhd-s8ttji

Состав группы: двое гидов и шесть участников. Гендерно распределились ровно. Жили в трех палатках. В одной наши гиды, три девушки в другой, и мы, парнями, в третьей.
Моими соседями на все время путешествия стали Олег и Бони. Олегу за тридцать лет, он как «типичный айтишник» чурается общения и откровенно не любит болтать не по делу. Бони, не говорит по-русски. Вообще не говорит. Поэтому в нашей палатке было всегда тихо, и популярны такие фразы как: «да» или «нет», а также «спокойной ночи» и «goodnight». Олеся и Саша, наши гиды, постоянно травили байки о своих прошедших приключениях , девчонки с первого дня нашли общий язык и болтали, кажется, всегда.
Прошла первая ночь. Я спал плохо. Олег проснулся рано и заодно разбудил меня с Бони. Повертевшись полчаса, я вылез из палатки.
Я запомню это навсегда. Вчера, когда мы приехали на поляну Эмануэля, было пасмурно и висел густой туман и вечерело. Утром же, была чудесная, ясная погода и я увидел Эльбрус. Это гора с двумя вершинами: западная (5642 м) и восточная (5621 м), и «седлом» между ними. От нее веет холодом и опасностью. Снизу Эльбрус выглядит спокойным, но даже без бинокля и других устройств, можно заметить как ветер сдувает снег с вершин и несет его на восток. Эльбрус — потухший вулкан, на данный момент представляет из себя огромный кусок камня и застывшей лавы, покрытый снегом. Вот так, стоя под горой ясно и отчетливо ощущаешь свой ничтожный размер перед ней.
Прошло пол часа, все проснулись. Кто здесь был впервые долго смотрели на гору. Я не знаю о чем каждый думал в тот момент, но, мне кажется, примерно об одном и том же. Я, например, что-то вроде : «Пусть хватит у меня сил добраться наверх».
ifbxvzpz_ik
На Эльбрус мы идем с северной стороны. Самый популярный и простой маршрут с юга на высочайшую западную вершину. До отметки 5100 можно подняться с привлечением техники (подъемник, ратрак, снегоходы). Ночевки в специальных утепленных домиках, там же можно питаться в столовой. Север — дикий маршрут и ведет на восточную вершину Эльбруса. По нему проходят восхождения в три раза реже, чем с юга. Все ночевки в палатках, а еда готовиться в котелках на газовых баллонах. Хотя северный маршрут со временем «облагораживается». На поляне Эмануэля есть базы со всеми условиями для комфортного проживания, и в лагере, на высоте 3800, филиалы этих же турбаз.
Еще реже поднимаются с запада, и совсем редко ходят с востока. На двух последних направлениях начинается технический альпинизм. С юга и севера, кроме хорошей физической подготовки и базовых навыков альпинизма, для восхождения, ничего не требуется.
Саша выдал каждому личное специальное снаряжение (каску, ИСС, ледоруб, карабины, кошки) и распределил еду между участникам.
Самым опытным из нас оказался Олег. У него 12 восхождений, 9 из которых завершились удачно. Два раза он был на западной вершине, а в этот раз он предпринимает вторую попытку восхождения на Эльбрус с севера. В прошлом году их группе пришлось развернуться из-за плохого самочувствия одного из участников.
9fokdffor3k
Мы собрали лагерь и поднялись к турбазам на поляне Эмануэля. Взяли недостающее снаряжение в аренду. Мне понадобились: ботинки пластиковые двухслойные Asolo, пуховка и пуховые варежки. Аренда обошлась на 6 дней в 5700 рублей.
Еще раз переложил вещи в рюкзаках и вес за плечами поучился 30 или больше килограмм. Без посторонней помощи встать с таким грузом очень проблематично.
Первое, что нам предстоит пройти — небольшое, но продолжительное по расстоянию, ущелье. Узкая тропа идет по камням и прижимам, а внизу течет тонкая стоя реки. В целом идти комфортно, но передвижение усложняет вес рюкзака. Появились первые проблемы. Лерин багаж получился слишком тяжелым и ей затруднительно передвигаться. Остановились и раскидали часть продуктов между парнями.
Через час мы вышли на аэродром. Это просторная поляна, которую разравнивали вручную в годы второй мировой войны немцы для своих самолетов.
r8k_xb4h_rw
После аэродрома идет «взлет» — крутой и затяжной подъем.
На «взлете» можно уйти прямиком в базовый лагерь на 3800, или сделать крюк в сторону, и пройти через «грибы». Это каменные изваяния напоминающие своим видом грибы. Ночевать, там же, под «грибами».
В основном в базовый лагерь делают две ходки. Сначала забрасывают одну половину снаряжения и спускаются на поляну Эмануэля, и затем забрасывают вторую половину и остаются на 3800. Тем самым облегчая себе ношу и начав акклиматизацию. Мы же собрали все снаряжение и поперлось через «грибы».
Перед взлетом мы устроили привал. Сидим и едим. Спускаются двое. Они с Екатеринбурга. Вчера взошли на Эльбрус , их эмоции льются через край, а мы внимательно слушаем. Получилось столкновение мыслей — они свободны от восхождения, их поздравляли «с горой!», и мы, не знаем, что нас ждет, но понимаем, что будет тяжело.
К закату пришли на небольшую поляну окруженной скалами. По дороге пришлось немного облегчить ношу Даше, а у Бони свело ногу.
После того, как лагерь был разбит, мы прогулялись к «грибам». Оттуда открывался отличный вид на пройденную дорогу.

_fgjkich1cy

С восходом солнца в лагере засуетились. Олег опять проснулся рано. Он вообще до безобразия принципиальный. Например, накануне вечером, он ушел спать первым. И мне с Бони пришлось его перелазить, так как Олег лежал у входа (конструкцией палатки предусмотрено, что человек должен лежать перпендикулярно входу). Олег, мог бы подвинуться, не так ли? Нет! Еще перед первой ночью мы, нашей палаткой, договорились, что Бони спит с дальней стороны, я по центру, а Олег у входа-выхода. Тогда я думал об этом, как о формальности, мол, в будущем как ляжем, так и будем спать. Однако, Олег, на протяжении всего похода даже ни разу не прилег не на свое место. При этом каждый вечер он уходил спать первым, а нам приходилось перелазить через него. Такой четкой организации распределения мест в палатке я еще не встречал.
Ночью был легкий мороз, поэтому ручей покрылся тонким льдом. Наши палатки окружали высокие скалы, которые скрывали солнце и отбрасывали холодную тень. Я умылся и набрал ледяной воды в котелки, забрался выше тени от скал, чтобы сделать несколько кадров.
Ребята тоже убежали от холода и грелись на солнце, которое постепенно отвоевывало территорию. С каждой минутой становилось теплее. Наши гиды готовили завтрак. У Олеси божественно получилась овсянка. Кашу, которую мы не съели, Даша использовала в качестве маски для лица.
-Самое лучшее для лица — овсянка, — заявила она с обмазанным лицом.
Быстрые сборы и мы снова в пути. Дорога только вверх. Мы не торопились и группа растянулась по силам. Разброс по времени оказался приличным. Последними на перевал пришли гид Олеся и Женя. Женя была без рюкзака и сильно уставшая. Саша спустился по тропе вниз и забрал ее вещи.
Оставался последний подъем перед базовым лагерем. Он проходит по морене, усыпанной огромными валунами и. Приходилось перепрыгивать с одного камея на другой, а тяжелые рюкзаки усложняли прохождение, смещая равновесие. Тем более, мой рюкзак выглядел так, будто я переезжаю. Мне только не хватало добавить фикус в ношу. В некоторых местах без трекинговых палок прохождение по морене становилось просто опасным.
Базовый лагерь,из которого совершается финальное восхождение, находится на высоте 3800 метро над уровнем моря. Он располагается на границе вечного снега и голых камней. Тут нет деревьев и животных. Иногда залетают птицы, и то, потому что здесь есть человек, который ест и оставляет после себя вкусняшки.
Еще свидетельство присутствия человека ощущается, когда дует юго-восточный ветер и запах из морены, расположенной пол лагерем, доходит до носа. Морена служит туалетом и каждый сам находит себе уютное место, между камнями, изучая весь ее склон.
vgc0deqjmnw
Есть талая вода, которая течет ручьем с ледника. Напиться такой водой тяжело, потому что много ее не выпьешь. Она абсолютно безвкусная, обделена витаминами и имеет белый мутноватый оттенок. Когда мы после восхождения спускались вниз, я мечтал напиться вкуснейшего нарзана на поляне Эммануэля.
Хотя северный маршрут на Эльбрус считается более «диким» по отношению к южному, цивилизация дошла и сюда. Есть четыре стационарных постройки в базовом лагере. Три турбазы и и будки спасателей. Стоимость варьируется от 600 до 2500 рублей, в зависимости от типа домика и способа питания. Плюс, на некоторых из турбаз есть душ и столовая.
Если посмотреть на базовый лагерь с высоты, учитывая его границы по расположению палаток и построек, то он будет похож на подкову,обрамленную снегом льдом.
Мы пришли в лагерь ближе к вечеру. Людей было много. Саша и Олеся выбрали места для установки палаток. В отличие от прошлых ночевок, сейчас мы ставили лагерь на несколько дней. А по сколку, в месте, где мы находимся, нет естественной защиты от ветра, а есть много камней, то необходимо поставить ветрозащитную стену. Благо до нас это уже сделали, мы просто достроили так, как посчитали нужным.
3xxofp_kyri
Брезгливость, если она является чертой характера, необходимо оставить дома, иначе будет тяжело. Помимо «комфортабельного» туалета с порхающими по ветру бумажными чайками, тут нет возможности вымыть посуду, так как дома. Здесь нет раковины, моющих средств и горячей воды. Последняя присутствует, но разлетается на чай, а лишний раз воду кипятить накладно, из-за экономии газовых балконов.
Особо тяжело было Жене. Она нервно смеялась, когда видела, как Саша мыл свою ложку посредством постукивания ею по камню. В один из дней Женя «психанула» и вымыла всю посуду, но больше она так не делала, видимо, перегорела.
Мы разбили свой лагерь. Налюбовались Эльбрусом и вдоволь нафотались на его фоне. Особенный трепет вызвал ночной пейзаж горы. Было тепло и безветренно. Луна светила ярко, отбрасывая свой свет на ту часть горы, которую мы не могли видеть. Но часть лучей все же прорывалась на склон, освещая Эльбрус, придавая ему оттенок таинственности своим полумраком.
hwthcmr8lhk
Кто-то сегодня ночью пойдет на восхождение. Им повезло, прогноз обещают более чем хороший. Мы же завтра пойдем на акклиматизационный выход.
Ночью Бони сильно храпел. Я свистел, щелкал пальцами и толкал его, иногда очень сильно, но ничего не помогло, видимо, с индийским храпом нужно бороться другими методами. Спал я плохо и слышал голоса тех, кто в ночь отправился на покорение горы.
Не смотря на то, что я плохо спал, пришлось проснуться с рассветом. Мы не куда не торопились, просто организм так решил. Сколько бы я не пытался, больше уснуть не мог. Укутавшись во все теплые вещи, которые у меня были, я праздно шатался по лагерю. Температура на такой высоте меняется резко и быстро. Примерно до 10-11 часов утра без теплых штанов и пуховика на улице можно замерзнуть. После этого полудня становится тепло. Можно передвигаться в тапочках и даже загорать. Еще, надо ждать потепления для того, чтобы набрать воды, потому что за ночь худой ручей замерзает.
В одно утро, когда ручей был покрыт льдом, девочки спросили у меня, как до него дойти. Они хотели набрать воды для завтрака. Я рассказал, но не уточнил про его агрегатное состояние. Даша, Лера и Женя больше за водой не ходили. Такова цена шутки.
Мы долго возились со сборами и на акклиматизацию вышли поздно. Но перед этим наши гиды провели ледовые занятия, в которые входили элементарные приемы защиты своего здоровья и жизни.
Солнце светило ярко и почти не было ветра. Склон становился круче, и наша группа замедлила темп, а затем и вовсе разделилась на две части. Даша, Бони и гид Олеся остались позади. Как оказалось, у Бони хватило сил дойти только до 4000 метров, после чего Олеся развернула его обратно в лагерь. Стоит отметить, что Бони обладатель невысокого роста, примерно 165 сантиметров, при весе 96 килограмм. Ему с трудом нашли обвязку, потому что талия, как таковая, у него отсутствует. Даже с таким скупым описанием человека, становится абсолютно логичным, то, почему он не смог преодолеть отметку в 4 километра над уровнем моря. Плюс ко всему, в самом начале похода у Бони появился кашель. А на высоте любая болячка увеличивает свое негативное влияние на организм в прямо пропорциальном отношении к высоте. Чем выше, тем хуже последствия. Поэтому отсутствие болезней — необходимое условие высотного альпинизма.
nljiwimt8_c
По дороге вверх мы встречали людей, которые покорили вершину и уже спускались вниз. Мы бросали поздравление: «С горой!», а они в ответ: «Спасибо!». Повстречалась нам одна девушка, из специального снаряжения у нее были только кошки и трекинговые палки. Она искренне удивилась тому, что у нас есть обвязки, ледорубы, а на головах каски. Вечером, в лагере, мы вспоминали об этом случае. Саша, поделился своими мыслями, его слова звучали резко, но поспорить с ним было сложно. Он говорил о том, что в горы ходит 80% дураков и привел пример.
— Мужик провалился в трещину, здесь на Эльбрусе. Группа вызвала МЧС, хотя он сам мог вылезти и его товарищи могли ему в этом помочь. Но, он хотел получить деньги за страховой случай. Пока они ждали спасателей, ледник пришел в движение и трещина закрылась. Так стало одним дураком меньше, — пусть это прозвучало кощунственно, но мягче не скажешь.
К началу скал Ленца, а это примерно 4700 метров, мы поднялись через 4 часа после старта акклиматизационного выхода на гору. Саша продолжал поражать своей энергией, и пока мы отдыхали, он лазил по ледовым стенам. Мы сделали несколько общих фотографий и собирались идти вниз, но неожиданно для нас, появились Даша и Олеся, они не повернули обратно! Было видно, что Даше с трудом дался подъем, но она не сдалась, а Олеся ей в этом помогала.
Спуск занял несколько часов, и точно так же, как подъем разбил нашу группу на части. Саша сбежал к лагерю первый, а Даша, в сопровождении Олеси пришли, когда стало темнеть. Внизу нас встречал Бони. Нагрузки сказались на самочувствии некоторых участников группы, и нашим гидам пришлось прибегнуть к медицинским средствам из походной аптечки. А это означает, что восхождение этих людей на вершину под большим вопросом.
dlkcuuqhfsi
Акклиматизация, это не только возможность дать организму привыкнуть к среде без привычной ему концентрации кислорода, но также, физическая проверка на способность к восхождению, которое по плану должно состояться на следующую ночь. Но гора нас не пустила, поднялся сильный ветер. Мы разбрелись по своим палаткам, и весь вечер были в напряженном ожидании, а около полуночи, Саша подошел к нам и сообщил о том, что восхождение откладывается. Мы понимающе согласились с его решением. А когда он то же сообщил девочкам, получил в ответ: «А почему?».
Три дня мы ждали хорошей погоды. Каждый вечер начинался с ветра, который продолжался всю ночь. Его сила была такой, что, иногда, передвигаться по лагерю было проблематично. Один раз даже выпал снег, но к вечеру от него не осталось и мокрого следа.
Нет ничего хуже ожидания. Не было свободы мысли, и я постоянно находился в полунапряженном состоянии. Вот, вроде бы еще вчера, я был готов к восхождению, а на следующий день, появились сомнения. В попытке развеять скуку, мы пошли на горное озеро, недалеко от нашей стоянки. Там мы планировали помыться. Однако оказалось, что воду из этого озера качают насосами на нужды турбазы, и в том числе, для питья и приготовления пищи. Мы одолжили бочку и набрали в нее воды. Девочки и Бони отказались от ледяного душа, и нашли альтернативу в виде 300 рублей с человека за принятие душа на турбазе. Там же, на территории турбазы, хорошо ловит связь мобильного оператора «Мегафон», благодаря этому мы могли изучать последние сводки погоды, которые были далеко не в нашу пользу.
yzfsbepixhe
В один из дней, Я, Лера и Даша, решили прогуляться до турбазы, находящейся дальше всего от места нашей стоянки. Ее хозяин собирал вещи и сжигал оставшийся после сезона мусор. Мы перекинулись парой слов и уже попрощались, как он окрикнул нас и предложил забрать оставшиеся продукты. Мы стали счастливыми обладателями всего, что необходимо для борща (кроме мяса, для этих целей мы использовали колбасу).
Резервные дни подходили к концу, и оставался всего один шанс на восхождение в ночь на 16-ое сентября. Саша принял решение отправить вниз всех, кроме меня и Олега. Девочки тяжело смерились с его решением, и даже хотели его оспорить, но Саша был непреклонен. Безопасность – его главный приоритет. Главная причина была в погоде: в ночь на 16-ое ожидался сильный ветер, который с восходом солнца должен был стихнуть, но до восхода надо продержаться, а как показала акклиматизация, на это способны не все. Проводив ребят, мы подготовили снаряжение и стали ждать вечера. С наступлением сумерек, прогноз стал сбываться, поднялся ветер, и мы переместились готовить ужин в палатку. Легли спать в восемь вечера, и на сон оставалось всего четыре часа. Ветер давал о себе знать частыми и сильными порывами, но я к нему уже успел привыкнуть, поэтому незаметно для себя уснул.
Это у тебя Меладзе пел? – Саша, улыбаясь, обратился ко мне, а Олег в это время смеялся. Во-первых, я музыку не слушал, а во-вторых, мне тоже слышался сквозь сон голос этого певца. Видимо веселились наши соседи по лагерю. Кроме Меладзе, было ещё несколько моментов, благодаря которым мне запомнились эти люди.
Например, они выделялись своим не скромным дилетантством. Это обычно проявлялось в громком (чтоб все вокруг слышали) обсуждении тонкостей восхождения, прогнозировании погоды и методов организации жизни лагеря. Они делали это настолько вызывающе, что иногда раздражали своим позерством.
Но это не самое главное. Был ещё случай, о котором мне хотелось бы упомянуть. Один забывчивый альпинист, как выяснилось в будущем по национальности — англичанин, забыл или потерял в базовом лагере один ботинок (левый). Это обувь известной фирмы, имеет два слоя и практически новая. Стоимость, вместе со вторым ботинком (правым), примерно, 70 тыс. рублей, однако, поодиночке они не представляют особой пользы для владельца. Гораздо ценнее попробовать найти его хозяина и, в обмен на потерянную вещь, попросить его сделать что-нибудь эдакое, станцевать, спеть или чего поинтереснее. Хорошее настроение обеспечено всем! Однако, наши соседи принялись торговаться за ненужную им вещь с представителем рассеянного иностранца. Англичанин в это время был уже в Нальчике. Цена за ботинок в пиковый момент переговоров доходила до одного барана. (Внизу, на поляне Эммануэля, пасут баранов и за пять тысяч можно выбрать любого из них на шашлык). Но, видимо здравый смысл или совесть взяли верх, и они сошлись на паре пачек сигарет.
Кроме них, и нашей палатки, никого не осталось – все ушли вниз. Еще наблюдался десяток человек на турбазе, но с ними мы пересекались редко.
Саша зажег пламя на газовой горелке и поставил кипятить воду. Мы молча слушали, как порывы ветра сотрясают нашу палатку и немного начали приходить в себя после короткого сна. Честно скажу – я волновался. Не из-за ветра и прочих трудностей, меня тревожило неведение того, как я поведу себя при восхождении, точнее, как отреагирует мой организм на воздействие высоты. Я не хотел быть причиной того, что восхождение не состоится, тем более, Олег штурмует эту гору с севера во второй раз и, однажды, в один из дней, когда мы сидели в палатке в ожидании погоды , он признался, что если в этот раз покорить Эльбрус с севера у него не получится, он оставит попытки. Это добавляло важности к событиям грядущей ночи и обрамляло восхождение новыми смыслами.
coudebbdb74
Волнение сказалось на мне во время сборов. Я долго не мог справиться с обвязкой, которая запуталась и не как не хотела приходить в нормальный вид. Но мне помогли, и наша группа отправилась к старту. Кроме нас, были еще четыре связки: две большие по пять человек, и две, как наша, по три альпиниста. А вот, ценители творчества Валерия Меладзе – наши соседи, перенесли восхождение на следующий день, и в эту ночь они спали.
В 01:43 мы начали восхождение. Наша связка была последней, и мы взяли хороший темп и вскоре догнали основную группу. Саша шел первый, я посередине, Олег, соответственно, был замыкающим.
Ночь выдалась такой светлой, что можно было передвигаться с выключенными фонарями, луна огибала гору и ее свет освещал нам дорогу вверх. Я одел всю имеющуюся у меня одежду, кроме арендованной пуховки и рукавиц. Пока мы шли быстро, ветер не представлял угрозы, но ,все равно, было ощутимо холодно. Потом, после спуска, когда появилась связь и доступ в интернет, выяснилось, что минимальная температура в эту ночь опускалась до -28.
Мы всех обогнали и через два часа были на скалах Ленца, на том месте, к которому несколько дней назад мы поднимались в два раза дольше. У меня появилось ощущение, что мы сможем совершить восхождение на гору к шести-семи утра и это был бы отличный результат. Но, на высоте, примерно, 5000 метров, на участках с крутым подъемом, я начал ощущать сильную отдышку. Наш темп сильно замедлился. Я проходил 10 метров, останавливался и приводил дыхание в норму. Я был зол на себя, и понимал, что мои переживания оправдались. Началась проверка не только на физическое состояние, но и моральное, подниматься становилось тяжелее с каждым проделанным метром. Ветер продувал пластик ботинок и добирался до пальцев на ногах, отчего последние начинали дубеть, и чтобы предотвратить обморожение, я начинал интенсивно ими шевелить. Ещё пришлось одеть второй пуховик и надеть ,поверх перчаток, пуховые рукавицы.
Становилось светлее. Линия горизонта окрасилась в ярко-оранжевый цвет и постепенно ночи стала отступать. Самый быстрый альпинист, того утра, было солнце, оно взошло внезапно, подарив тепло и урезонив ветер. Погода налаживалась. Что нельзя было сказать обо мне. Первый опыт высоты я запомню навсегда. Нет, я не ощущал упадка сил и слабости, я просто не мог нормально дышать, вернее восстанавливать дыхание. Осознать недостаток кислорода сложно и повлиять на это никак нельзя. Внешняя среда стала агрессивнее и организм пытался к этому привыкнуть. Мне позже объяснили, что отдышка — это нормальное явления для первого раза. Организм способен приспособится к любым условиям, для это просто необходимо чаще быть на высоте, и тогда будешь способен не только ходить, но и бегать в условиях высокогорья.
Мы шли молча, говорить просто невозможно. Когда я останавливался верёвка натягивалась и Саша останавливался тоже. Он оглядывался, проверяя все ли в порядке, давал мне ещё немного времени отдышаться и мы продолжали подъем.
Справа западная вершина. На неё поднималось много людей, больше чем на восточную где-то в три раза. Я не знаю какое расстояние было между нами, не берусь даже предполагать. Но каждый человек ,в независимости от того, какого цвета на нем было одежда, виднелся как чёрная точка на белом фоне. Бьюсь об заклад, что мы выглядели так же.
q7zuvo0oznw
Мне так хотелось отвлечься от дороги, не думать о снеге и льде, о том, сколько ещё идти, и мне вспомнился стих французского поэта Артюра Рембо:
«В сапфире сумерок пойду я вдоль межи
Ступая по траве подошвой босю
Исколют мне лицо колосья спелой ржи
И придорожный куст обдаст меня росою
Не буду говорить, и думать не о чем
Пусть бесконечная Любовь владеет мной
И побреду туда, куда глаза глядят тропой природы
Счастлив с ней как с женщиной земною»
Каждые два три слова равнялись одному небольшому шагу, всего их было сорок, потом передышка. И так раз за разом повторяя стих. Помогло ли мне повторение стихотворения? Ничерта!
Когда преодолев последний затяжной, и особенно сложный для меня подъем, когда я хотел сдаться, и уже почти поднявшись на вершину, мы вдруг увидели на ней двух людей. Это вызвало у нас удивление, потому что никто нас не обгонял, и мы должны были быть первыми на Восточной вершине в этот день. Оказалось, это были судьи соревнований по скайраннингу. (Скайраннинг — это скоростной забег на гору.) Трасса пролегала через западную вершину, затем по седлу и к восточной вершине Эльбруса.
omvpeibeste
Они оказались дружелюбными ребятами, поздравили нас с горой и выпили с нами чаю.
К этому времени окончательно распогодилось, и кавказский хребет отчётливо просматривался внизу. Даже без особого труда можно было разглядеть Казбек, который находится на расстоянии 200 км от Эльбруса. На часах было 09:43.
t339kad0q6o
Зачем я поднялся на Эльбрус? Ради фотографий? Не исключено. Выпендриться? Отнюдь! Что-то кому-то доказать? Нет. Знаете… чем ближе была вершина, тем чётче становились мысли. Не было ничего лишнего, я знал, что мне делать и куда идти, когда спущусь вниз. Я думал о тех, кто мне дорог и что для меня действительно важно, к чему стремится и о чем мечтать (самая плотская мечта — попить пива, как только буду внизу). Когда идешь вверх чувствуешь, кто ты на самом деле: сволочь, эгоист, невежа, добряк, мизантроп, альтруист и т.п., а самое главное признаёшь все, с лёгкостью принимаешь и отпускаешь. Когда вы плакали в последний раз плакали, просто так, от того что вам хорошо? Может быть я слишком впечатлительный, но это было очищение что ли… Чем выше гора и труднее подъем, тем сильнее чувство свободы, и, надеюсь, у меня будет возможность проверить это, а пока я уверен в одном — там, на вершине, стоял я настоящий, уставший и счастливый.
Восхождение заняло у нас ровно восемь часов. Потихоньку начали подтягиваться те, кого мы обогнали этой ночью в самом начале подъёма. С момента нашего восхождения на вершину прошло около получаса. Стало совсем тепло и пуховки отправились в рюкзак, а мы на спуск. Моё левое колено начало стонать. Боль тупая и не приятная, но пока идешь вниз, есть возможность любоваться открывшимся изумительным видом. Было хорошо видно поляну Эммануэля, где, в тот момент, находилась большая часть нашей группы. С начала спуска я плёлся позади, а Саша с Олегом быстро от меня оторвались. Но в один момент, Олегу стало тяжко, и он сильно сбавил темп.

По мере нашего снижения температура окружающего воздуха возрастала. В двух слоях термобелья было не просто тепло, а жарко. Плюс монотонность спуска раздражала, а ноги постепенно превращались в «вату» — сказывалась усталость. С каждой минутой сил становилось меньше. Олег совсем расклеился и чаще стал останавливаться, он подолгу сидел на штурмовом рюкзаке и отдыхал. Хорошо, что погода позволяла идти в расслабленном состоянии.

Вторая половина спуска доставила меньше удовольствия, нежели первая. Потому что созерцать окружающие виды надоело и уже хотелось скорее оказаться в лагере: снять ботинки, влажную от пота одежду и напиться воды. Потребность в воде фатальная, охота не просто пить, а жадно всасывать влагу. Но до этого момента нужно потерпеть ещё какое-то время и не расслабляться. Я стал часто спотыкаться — задевать гетры кошками. Это легко могло бы привести к падению, и чем ближе был конец спуска, тем чаще кошки цеплялись за ноги. В итоге: Саша спустился за два часа, я за три, а Олег пришёл в лагерь через четыре после начала спуска.

В наш план входил, на тот день, также спуск на поляну Эммануэля. Олег был не очень рад такому развитию событий, потому что его самочувствие ухудшилось. Он лежал в палатке и отказался от обеда. Я видел как он пил какие-то таблетки. Во время сборов мы с Сашей предложили взять часть его оборудования себе, но Олег отказался, сославшись на принцип, что своё снаряжение он несёт сам! На сборы лагеря ушёл час.

Как бы я не хотел идти быстро, но этого не получалось. Спуск по камням и сыпухе оказалось занятием ещё более скучным и, главное, выматывающим, чем спуск с вершины, потому что рюкзак стал в разы тяжелее. Рассказывать об этом особо нечего, поэтому я пропущу этот унылый промежуток времени. Стоит уточнить, что после взлёта Саша перестал ждать нас с Олегом, а пошёл своим привычным быстрым темпом в лагерь, мы же, в свою очередь, тихо ковыляли и неплохо разговорились. На подходе к лагерю нас встретила Олеся. Было уже темно, но мы узнали её по большому желтому пуховику.

В лагере, девчонки и Бони, нас давно ждали и звали скорее за стол. Поздравили с горой и ждали рассказов. Столь теплая встреча, меня лично, слегка обескуражила. Но было очень приятно.
Я сбросил рюкзак и обернулся. Сзади стоял Саша с пивом, улыбаясь, он протянул мне его.

-Это последнее, все разобрали, — сообщил он. От этого каждый глоток пенного приобретал особую ценность.

grszkigihhc

В столовой были все знакомые лица. Одних видели в базовом лагере на 3800, других встречали здесь, на поляне Эммануэля, в самом начале путешествия. Теперь мы сидели вместе и обсуждали события прошедших дней. Потом была баня, и пока мы парились, в столовой пили водку, а Володя, самый громкий гость турбазы кричал: «I am Russia!» и заставлял каких-то австрийцев выпить с ним. Володя был сильно пьян и довольно бесхитростно приставал к Жене. Но она смогла от него тактично и, главное, незаметно скрыться.

Я лежал в палатке и вдруг поймал себя на мысли, что восхождение, хотя и было совершенно каких-то 10-12 часов назад, но казалось столь далеким событием, как будто это вообще случилось не со мной. Было пусто внутри меня. Я не хотел уезжать, и сейчас, когда пишу эти строки, и вспоминаю всю тяжесть быта во время горных походов, могу заверить, что все это не доставляло ни капли дискомфорта, мне было хорошо среди камней и холода.
7yum4v3zb-4
Утром я чувствовал себя отвратительно, и грешил на алкоголь, который употреблял накануне вечером. Меня тошнило, и слабость поселилась во всем теле. Отдав прокатные вещи и сделав много прощальных фотографий с обитателями турбазы, мы отправились в Кисловодск. Этот переезд дался мне особенно тяжело. Возвращались той же горной дорогой и с тем же водителем на УАЗе. Мы были похожи на лотерейные билеты в лототроне, до тех пор, пока не выехали на асфальт. Но до этого момента, пока наш путь пролегал в непосредственной близости от обрыва, мы прикидывали сколько раз, в случае чего, УАЗ сделает оборотов падая с обрыва. Насчитали около пятидесяти. Девочки такой юмор не оценили. Саша веселился и шутил всю дорогу, а меня укачивало, но я держался, и жалел о том, что вчера пил.

В Кисловодске нам посчастливилось заселиться в уютный хостел, оформленный в английском стиле, и когда ничего не предвещало сюрпризов, появился Володя, «на радость» нашей Жене. Чуть позже, к нашей компании присоединились еще трое, с поляны Эммануэля, и мы все, кроме Олега, который категорически игнорировал наши приглашения к совместному времяпрепровождению вечера, собрались в одном из кафе Кисловодска. Там то, один умудренный годами альпинист, которого мы называли за глаза «Снежный барс», хотя он таковым не являлся, просветил меня о причинах моего плохого самочувствия. Дело в том, что это всего на всего реакция организма на резкий перепад высоты. За день я спустился с 5621 метра до 2500 метров. Вот и все, алкоголь тут не причем.
bztiefl__is
Еще много событий произошло, но они никакого отношения к восхождению не имеют. Стоит лишь сказать, что мы остались с Сашей, Олесей, Женей, Лерой, Дашей и Бони, хорошими друзьями, и стараемся поддерживать связь. Может быть, мы еще когда-нибудь встретимся на горном маршруте, тем более что у девочек и Бони остался должок – за ними восхождение на Эльбрус. Ну а что касается меня, то я рад, что мне пришла идея о восхождении, я подготовился к этому и сделал, то, что задумал. Мне понравилось, и я хочу продолжать. Мир большой и жизни не хватит, чтобы его обойти, но, по крайней мере, можно осмотреться стоя на вершине очередной горы.

АвторАлександр Говорин
Автор

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

500
wpDiscuz

Заполните форму ниже, чтоб получить скидку!

Ваше имя (обязательно)
Ваш телефон (обязательно)
Ваш e-mail (обязательно)

* Мы не передаем Вашу персональную информацию третьим лицам** Я даю согласие на обработку персональных данных и соглашаюсь c политикой конфиденциальности

Задайте нам вопрос, заполнив поля ниже

Ваше имя (обязательно)
Ваш e-mail (обязательно)
Ваш вопрос (обязательно)

* Мы не передаем Вашу персональную информацию третьим лицам** Я даю согласие на обработку персональных данных и соглашаюсь c политикой конфиденциальности