default-logo

ИРАНСКАЯ ОТТЕПЕЛЬ. Рассказ Александра Лобанова о Новогоднем путешествии в Иран

ЧАСТЬ 1
Иранская оттепель.
Она чувствуется во всем.
Тебя останавливают на улице улыбчивые иранцы и начинают практиковаться в английском, очень рады, что к ним едут туристы и особенно из России.
Девушки небывалой красоты, как-то смущенно улыбаясь, предлагают сфотографировать их или сделать совместное селфи.
Все это по атмосфере напоминает конец 50-ых в СССР. Когда пал «железный занавес» и повеяло оттепелью.
15940407_1428058497238891_7789968811341041677_n
Оковы ортодоксального ислама здесь нет, не спали, но чуть ослабли. И вот на улицах Тегерана можно встретить персиянок в кокетливо наброшенных красивых разноцветных платках буквально на макушке.
Нравы молодежи в одежде и общении становятся фривольнее.
Хотя в аэропорту совершенно обыденно красуется угрожающая надпись: за неподобающий прикид: отсутствие платка, длинного платья и штанов под ним — штраф в несколько миллионов риал или 20 дней тюрьмы…
Парни интересуются модой. Многие одеты с иголочки. Но западных брендов здесь нет или почти нет. Турция, Китай, собственный текстиль. Поэтому мои навороченные кроссовки Адидас вызывают неподдельный интерес. Они, как дети запросто подходят и спрашивают: А сколько такие шузы могли бы стоить на их деньги…
15994448_1428058530572221_4212075184561179878_o
Кстати, о наличности. Один доллар — 40 тысяч риал. Но цены часто называются в туманах. А это на один ноль меньше. Иногда для простоты общения скашивают сразу два ноля. И поначалу случается путаница и недопонимание…
3 часа 20 минут от Москвы и вы в Тегеране.
Мегаполисе, в котором по неофициальной статистике живут 20 миллионов человек.
Траффик жуткий. Старенькие машины местного автопрома снуют без правил и логики, но умудряются продвигаться в пробках без особого ущерба. За 12 дней путешествия не видел ни одной аварии. Перейти дорогу без сноровки сложно, никто перед тобой не затормозит. Но если ты начинаешь двигаться, то машины, искусно лавируя и мягко огибая, дадут тебе достигнуть цели.
Когда автолюбители стоят в пробках, то агрессии и нецензурщины не слышно, они стоически спокойны и покорны. Вообще очереди местные переживают легко и, не теряя времени, общаются, знакомятся и много смеются…
Дороги в Иране — идеальные! Словно автобаны где-нибудь в Германии. Скользишь, будто по маслу…
А еще поражает чистота. Согласитесь, для восточных стран чистота все же редкость…
Центр Тегерана — ужас ужасный.
Какие-то несуразные серые блочные дома, масса лавок и невразумительных рынков. Мы жили, например, в районе светильников. К вечеру все магазины вспыхивают, как новогодняя елка. Люстры под три метра, фонари разных конфигураций и дизайна, лампы Алладина и ультрасовременные… Все блестит и переливается.
Кстати, в центре найти ресторан или закусочную — это очень надо постараться.
Туризм не развит, а значит и не для кого выпендриваться.
Не заметил я и гастрономических изысков.
Хотя сладости и финики божественны. А еще варенье из моркови и … свеклы!!! Ну и свежевыжатые соки на каждом углу.
В остальном все скромно и функционально. Порции большие, кебабы из мяса, курицы, салат, обязательно соленья, много риса, хлеба и подобия колы. Испортить могут даже морепродукты. В основном креветки и куски рыбы подают в кляре. Простенько и безвкусно. А рыбу даже можно перепутать с курицей…
15975066_1428058830572191_658310535469575059_o
Настоящий кофе днем с огнем не сыщешь, зато «три в одном» на молоке — в любой забегаловке. Чай тоже самый обычный, пакетик в воду и все окей.
Хотя русские самовары здесь в чести. На каждом углу, и не простые, а искусно расписанные, поражающие размерами и дизайном. Кстати, на острове Кешм есть даже город Тула (Tula). Точную этимологию слова не знаю, но очень символично…
Самые красивые и фешенебельные места в Тегеране находятся на севере, у подножья горы Точал. Тут и модные рестораны и парки, сады, места для семейного и молодежного отдыха. Никто никуда не спешит. Для иранцев время — вещь относительная.
15937066_1428059717238769_1705872777134823474_o
Ни разу не видел, чтобы самолеты и автобусы отправлялись по расписанию.
40 минут — час задержки — в порядке вещей…
Но ночные автобусы VIP — выше всякий похвал, кресла бизнес-класса самолета — отдыхают. Комфорт и забота стюарта обеспечены.
Передвигаться по Тегерану безопасно. Даже ночью и даже в одиночку.
Туристов не много, в основном итальянцы, немцы, австралийцы, очень мало как не странно китайцев и японцев… И совсем нет — англичан и тем более американцев. Про последних понятно. Кстати, американское посольство до сих пор пустует и изобилует разнообразными недружелюбными надписями и плакатами.
15995089_1428058773905530_1899090958809927269_o
Россияне и жители из сопредельных государств, некогда бывших республик потихоньку осваивают неведомую землю.
Удивительное наблюдение!
Из России особенно много едет женщин. Просто какое-то мазохическое желание нацепить платок и темные одежды и почувствовать себя покорной восточной женщиной.
То ли это игра, то ли усталость от свалившейся ноши равноправия и феминизма…
Про Иран мне понравилось одно высказывание.
Если в мире все достопримечательности уже каталогизированы и на слуху, то Персия сегодня напоминает старый чердак, пробравшись сквозь паутину и хлам, вы обнаруживаете такие сокровища, которые вам и не снились!
Иран — страна для странников и любителей приключений.
Это — не Запад и не Восток, это нечто большее…
Это настоящее путешествие!
Удивление!
Или как говорят мусульмане: МашаАллах!
15972800_1428058890572185_3095772290102076589_o
 
ЧАСТЬ 2
В Тегеране, в метро — первые и несколько последних вагонов только для женщин.
Но и тут послабления на лицо. Некоторые особо продвинутые дамы или семейные пары могут себе позволить ехать в мужских вагонах. Никто их шапками не забрасывает и косо не смотрит…
Поднимаюсь на фуникулере на гору Точал. Несколько станций. 2200, 2800 и почти 4000 метров. Кабинки на ладан дышат. А подьем крутейший. Вдруг одна из них выходит из строя. Откуда не возьмись появляются три умельца, один с кувалдой…
Прям, по — русской традиции.
Раз-два- три! И кабинка нехотя, со скрипом продолжает движение. Иранцы не удивляются, я — немного в шоке. Один, похлопывая меня по плечу, улыбается и ободряюще говорит: Все хорошо! Аллах позаботится о нас! ИншАллах!
И затаскивает внутрь только что отремонтированной железяки…
До места добираемся и, вправду, — без происшествий…
Наверху дети и взрослые резвятся в снегу, для них он — в диковинку. Рядом обрыв, никаких ограничений и службы спасения.
Дико! Но иранцев это не смущает. Все в руках Аллаха…
0EHi8l5BFdc
На острове Кешм случайно попадаем на день рождения молодой привлекательной персиянки. Внутренний дворик ресторана. Играет музыка, поют зажигательные песни.
Гости сидят на топчанах, пьют чай и курят кальян. У меня ноги готовы пуститься в пляс.
Иранцы только изредка томно поводят плечиком. Танец здесь под запретом. Ислам не велит. Некоторые музыкальные инструменты тоже в опале. Бедная гитара — просто грех греховный…
Во время исполнения песен активно хлопают. И то мне кажется, что это уже недавнее послабление. Раньше и этого делать было нельзя…
Как мы себе представляем побережье моря. Маленькие кафешки у кромки воды, шум прибоя, романтическая обстановка.
В Иране такое времяпрепровождения даже немыслимо. Ресторанов мало, если не сказать, — единицы. Стоит себе прямоугольное здание без окон и дверей. Вся жизнь во внутреннем дворике. А море? Что море! Оно где-то рядом, но никого не волнует…
Да, местные жители иногда сидят на побережье! Наблюдают отлив или прилив. Закаты и рассветы. Но у них другая романтика, нам не ведомая…
Чем дальше от столицы, тем больше женщин, закутанных в черное… Волоокие персиянки сменяются монголовидными лицами, много беженцев из Афгана, Пакистана… Другие лица. Суровые, испещренные заботами и тревогами.
Z19Ccuwl0pE
На одном из островов встречаем женщин в странных одеждах. Цветастые одеяния, на лицах — маски, сродни венецианским с носами и кокетливыми тряпочками… Свое понятие о моде)))
Гостиницы в Иране — это песнь! Или очень дорогие и шикарные, или дорогие и отстойные. 40 долларов за конуру, где еле-еле можно развернуться. И с дыркой в полу… Нет, конечно, встречаются и современные унитазы, но никогда не предугадаешь, что тебя ждет в restroom.
В одном из общепитов захожу в кабинку, заметьте одиночную! И начинаю ржать… Передо мной сразу два ватерклозета: один — дырочный, другой — ультрасовременный. Вот он выбор по-ирански)))
В аэропорту визы не имеют фиксированной цены. Консульский сбор берут, как Бог на душу положит.
Я получаю штамп за 70 долларов, а человеку рядом заряжают 80 евро. И заставляют заплатить еще и за страховку, хотя оная уже у него имеется…
Восток, однако…
biTbFx1aJec
В Ширазе встречаемся с местными спецслужбами.
Идем в Мавзолей Шах-е Чераг. Религиозную святыню. Нас — двоих мужчин- пропускают без проблем. Приятельницу, а у женщин — отдельный вход — начинают шмонять. Сумку перерывают и просят обьяснить назначение каждого предмета.
Нас встречает, откуда не возьмись приятный улыбчивый молодой человек, который сразу берет над нами шефство.
Проводит по самым запретным местам мечети. Сначала думаем, что он хочет денег за эту импровизированную экскурсию.
Нет!
Заводит в общий зал и вдруг к нам подходит благообразный товарищ со шрамами и цепким взглядом. И начинает приватный разговор, граничащий с допросом.
Откуда мы? Как относимся к исламу? Что привлекло в это священное место? Зачем приехали в Иран? Не евреи ли?
На время этого разговора улыбчивый юнец куда-то исчезает. Появляется он позже, после доверительной беседы с главарем.
И продолжает — как ни в чем не бывало — экскурсию.
Потом спрашивает: куда мы дальше?
— К Хафизу! Поклониться мощам великого поэта и мудреца!
— О! Я вас провожу!
Находит такси, садится вместе с нами. Довозит до места. И прощается прям у входа…
Мы — в недоумении! Думали, что он все-таки потребует мзду.
Нет! Это было «мягкое» сопровождение… Опасности для спецслужб эти пацаны не представляют…
1gpQM0jq5UM
 
ЧАСТЬ 3
Шарабдт или алкогольные мытарства…
Нет, ну, я, конечно, знал, что в Иране спиртное под запретом.
Даже доходила информация, что за распитие горячительного в присутственных местах — строжайшее наказание. 90 ударов плетьми.
А если это не впервой, да еще и с дебошем — то и до смертной казни недалеко. Прецеденты случались.
Но, как-то все это мракобесие не вязалось с лирическими строками великого персидского поэта и мудреца Хафиза.
«Поди же прочь, о трезвенник, вина не отбирай!
Ведь Господом иная нам отрада не дана.
Все то, что в кубки легкие судьбою налито,
Мы выпили до капельки, до призрачного сна!»
Да, и название города Шираз — тоже навевает мысли о сорте красного винограда, из которого делается божественный напиток.
Итак, провезти алкоголь в ручной клади нельзя, будут большие проблемы, вплоть до депортации. Дьюти-фри в привычном для нас виде — отсутствуют, как класс.
Остается два варианта. Или смириться и быть трезвым, как стеклышко, даже на Новый год
Или все-таки попытать удачу и раздобыть несколько капель «огненной воды» в самой строгой исламской стране.
Благо же оттепель. И по слухам, иранцы все же пьют. Хоть и маскируются…
Прочитав, что в Тегеране армяне держат ресторан, где можно разжиться алкоголем, пытаемся туда попасть. Ан нет, все места заняты и расписаны на несколько дней вперед.
Облом!
2kl64gArYNw
Вторую попытку предпринимаем уже в Язде. Очень осторожно, приглушив голос, обращаемся за помощью к местным.
Одни делают округленные глаза, другие оскорбляются и отчитывают: Мы истинные мусульмане, как такое возможно!
Третьи сочувственно улыбаются и качают головой.
Еще один облом!
А до Нового года несколько часов!
С горя идем в полупустой ресторан. Заказываем желе, по консистенции отдаленно напоминающее холодец, и безалкогольное пиво, похожее на «Буратино»! Чокаемся и как-то даже пьянеем. Вот она сила внушения!
В 7 минут первого нас очень настойчиво просят освободить помещение. Ведь в Иране рестораны обычно закрываются в 23.00 и ночной жизни, как таковой — нет. Они и так терпели этих странных русских с желе и пивом почти час…
В гостинице надуваемся чаем с финиками. Это самый тихий и «сухой» Новый год — в моей жизни!
На следующий день, не теряя надежды, начинаем приставать к водителям. Один обещает. И даже спрашивает: Сколько?
С дуру выпаливаем: 5 литров!
Услышав такое, улыбка с лица водилы улетучивается. В дальнейшем его телефон уже вне зоны досягаемости. То ли испугался провокации, то ли наши аппетиты оказались и, вправду, запредельными, и вновь…
Обломный облом!
Необходимо отпустить ситуацию…
«Капли огненные» настигают нас впервые там, где никто и подумать не мог…
В пустыне. Мы уже не просим. Просто нагулявшись по пескам времени и устав, садимся в теньке и вдруг очередной водитель автобуса достает пластиковую бутылочку и вожделенно принюхивается.
Усталость, как рукой снимает.
Боги сжалились над нами!
— Продай?
Он мнется!
Ну, плиз, плиз, плиз…
За 8 долларов неполная поллитровая бутылочка армянского коньяка, обжигая гортань, разгоняет нашу кровь и туманит рассудок!
Чудо!
В пустыни Колют и — не мираж!
Йесс! Мы это сделали!
LA26eZu5K-w
Вторая порция догоняет нас спустя 3 дня.
В достопочтенном Ширазе! Городе садов, поэтов и вина.
Подхожу к портье и шепчу: Wine. Red wine!
Он кивает. Потом садится на велосипед и исчезает. Через долгих 20 минут привозит бутылку из-под пива Хейнекен.
Если это красное вино, то я персидский шах. Бормотуха- бормотухой, что-то среднее между коньячным спиртом и портвейном.
Чтобы не было обидно, Леха поэтически называет этот напиток — нормандским кальвадосом…
И мы вкушаем сие пойло.
Кстати, на утро голова не болит и сил прибавилось…
А я выучил новое слово. Шарабдт.
Один иранец подсказал. Классификация такова: есть водка и есть все остальное — и оно называется Шарабдт.
На острове Кешм нас поджидает третья порция алкоголя.
7 декабря. Рождество.
И гид к нашему столу в обстановке строжайшей секретности доставляет что-то любовно укутанное в черные пластиковые пакеты, словно девушка в хиджаб…
На поверку оказывается первоклассный виски.
Слава, Бахусу!
Контрабанда. От персидского острова Кешм до Дубаи всего-то 60 километров по морю. Думаю, оттуда и везут.
40 долларов и праздник начинается.
Правда, все предлагают спрятаться в номере и там пить.
Но я не преклонен: В номере — это будет пьянка. А у нас праздник!
Садимся в беседку, заказываем чай, берем много чашек.
И как в старые — добрые советские времена «сухого закона» разливаем виски под столом в чайные чашки.
Чокаемся.
Говорим тосты.
Рождество!
Все в этой жизни должно быть в равновесии.
За 13 дней путешествия на три облома — три чекушки живительного…
В стране Иран.
Самой «сухой», суше не бывает!
Со Старым Новым годом!
IQ7l8u6Ob2M
ЧАСТЬ 4
Йезд (Язд).
«Башни молчания» или Путешествие по местам зороастрийцев…
Над вершиной холма в жутком танце кружат стаи стервятников. Тишину разрывают лишь истерическое хлопанье крыльев и крики, обезумевших от счастья птиц.
Они пикируют на открытую площадку башни, называемой здесь дакхмой. Задерживаются там на несколько долгих секунд и опять возвращаются в небо.
Возвращаются в небо, держа в своих клювах куски человеческого мяса.
Кровь капает на землю, проливается дождем.
Это инфернальное пиршество может продолжаться несколько дней. А может закончиться и в одночасье. Все зависит от количества отдавших душу…
Плоть исчезает в прожорливых утробах коршунов, обнажая белесые, такие беззащитные и девственно-чистые кости существ, некогда называемых людьми.
Закрываешь глаза и именно такая картинка всплывает в сознании. Видение, морок…
В реальности — просто несколько холмов, заканчивающихся башнями, внизу — причудливые саманные постройки с четырьмя открытыми входами, пустынная тишина.
Окраины одного из древнейших городов Ирана — Язда. Центра зороастрийской религии, почти 3 тысячи лет тому назад, являющейся главной в этих местах.
0HIzFeVtUa8
Именно здесь до 60-ых годов 20 века проводился этот погребальный ритуал.
«Башни молчания» — древние кладбища зороастрийцев.
По их канонам, страшным грехом является осквернение земли, воды, огня или воздуха — умершей плотью. Только отполированные птицами, ветром и песком кости хоронили в каменных колодцах.
Нет, религия зороастризма не кровожадна, просто адепты этой веры не испытывают к трупу никакого почтения.
По их представлениям мертвая плоть — это не человек, а лишь оскверняющая материя, символ временной победы зла в земном мире.
А в остальном — все очень мирно и гуманно. «Счастье тому, кто желает счастья другим».
Они чтят свет и огонь, как воплощение Бога. И стараются, чтобы в жизни царило единство благих мыслей, благих слов и благих дел.
В Язде и его окрестностях до сих пор существуют несколько храмов, в которых горит «вечно молодой» огонь, поддерживаемый — только представьте себе масштаб — в течение 1,5 — 2 тысяч!!! лет.
aKZ3ZiHCBf8
Было время, когда арабы-мусульмане преследовали «огнепоклонников», уничтожали их, как класс. Но не смогли искоренить. Убить в этих светлых людях божественный огонь.
Сегодня на территории Ирана около 20 тысяч последователей, к ним уже терпима нынешняя власть.
И нам даже удалось посетить не только особо почитаемый храм «Чак-чак», но и деревню зороастрийцев.
Нет, здесь не устраивают огненных шабашей и не прыгают через костер.
Здесь живут современные люди с ясными взорами, они совершают молитвы пять раз в день и любовно оберегают пламя.
65gmG5txQlI
Проходя по узким улицам их песочных домов с прожилками из соломы, поднимаясь на крыши и заглядывая вовнутрь, соприкасаешься с таинством одной из самых загадочных и древнейших религий на Земле…
Когда я стоял в храме и пристально вглядывался в огонь, тело пронизывали электрические разряды, то размыкая, то замыкая цепь…
Цепь времени.
А языки пламени проникали в самые потаенные уголки плоти, выжигая черноту мыслей и возвышая дух…
ЧАСТЬ 5
В завершении темы.
Яркая вспышка…
Путь лежит в пустыню Калют.
В ночи, вот уже шестой час кряду, автобус мутузит сумрак своими тусклыми, но такими настырными фарами.
Ровный ход убаюкивает. Вдруг плавное движение сходит на нет.
По тормозам. Техническая остановка. Выбираюсь на воздух, кости размять и покурить.

Сигарета так и остается не зажженной, медленно, словно в киношном рапиде, она падает на каменистый песок.
Падает от удивления, потому что субьект, некогда желавший ею отравиться, замирает. Превращается в соляной столб.
Небо ложится на плечи. Мерцая мириадами звезд. Они по размеру словно тарелки, любопытно вглядываются в тебя, подмигивают, улыбаются…

Из салона высыпают остальные и повисает мертвая тишина. Фары зачаровано гаснут, потому что соперничать со звездами нет больше сил. Внутренний свет сплетается с далеким отраженным сияньем.
Говорят, что все мы пришельцы и у каждого где-то там в космосе есть своя планета, связь с которой не прерывается ни на секунду. Даже, если мы не чувствуем, даже, если не слышим…

NDREjcxoqeg

В пустыне возможен этот разговор. Помехи ничтожно малы. И сердце откликается, замирая в медитации.
Наваждение быстро проходит, будто его и не было. Путь продолжается… Через несколько часов нас ждет ночевка в пустыне в обьятьях звезд…
Вповалку, завернувшись в одеяла из верблюжьей шерсти, засыпаю.
Засыпаю, чтобы видеть яркие сны о своем предназначении, о душе, закованной в панцирь условностей и пороков. Она плачет… Просыпаюсь в поту.

Мой роман с пустыней продолжается.
Да, раньше я передвигался по пустыне на верблюдах, джипах, квадрациклах, но ни разу не гулял по ней в тишине.
Когда слышно дыхание, когда твой вздох соприкасается с ее.
Причудливые застывшие скульптуры превращаются в сфинкса, замок, корабль, человеческое лицо… Пустыня играет с тобой, а ты — играшь с ней.
uBCtnsErp1E
Ты находишь тень в палящем месиве и наслаждаешься… Неспешной беседой с друзьями или просто молчанием. А потом опять взбираешься на холмы и отроги.
Путник. Путаница. Путь.
Солнце начинает садиться. Goldtime.
Песок заливается красными всполохами. Оранжевые, желтые, бордовые, синие цвета сменяют друг друга.
Постепенно картинка теряет резкость, затуманивается, а затем и вовсе исчезает.

Мне понравилось одно арабское высказывание: «Для меня весь мир — пустыня. Я везде — дома и всегда — в изгнании»…
Яркая вспышка…
Смена картинки…
Многие дворцы и мечети Ирана внутри украшены мелкими цветными фигурными пластинками зеркал. Мозаикой, которая искрится.
Входишь и будто вновь звезды приветствуют тебя. В Ширазе мавзолей Шах Черах — называют одним из чудес света или зеркальной мечетью.
Совершенно особенным и неповторимым ее делает внутренняя отделка: купол целиком выложен кусочками амальгамы, зеленоватым стеклом цвета берилла и бирюзы и драгоценными камнями, и лучи света преломляются в невесомых люстрах.
nPxmb9Qzpj8
Ты заходишь в эту зеркальную шкатулку и оказываешься будто в голограмме.
Где каждая частица хранит память об общем.
Где в отраженном луче света вся информация о Вселенной, о прошлом и будущем, о Боге, как бы его не называли…
И что-то очень малое внутри тебя откликается, начинает резонировать в унисон…

Яркая вспышка…
И вновь меняем декорации…
Персеполис или как его называют иранцы Тахт-е-Джамшид ( трон Джамшида).
2, 5 тысячи лет назад у подножья горы Милосердия Великим Дарием была заложена новая столица Парсы (Персии).
Даже сегодняшние развалины ошарашивают своим размахом, гениальностью замысла и амбициями, что уж говорить о сознании тех времен.

На строительстве не использовался рабский труд, как это было принято в других известных метрополиях.
Почти 3 тысячи свободных резчиков, скульпторов и камнетесов трудились здесь во славу огромной империи.
Это была могущественная демократия, не подавляющая традиции, обычаи, религиозные верования и образ мышления побежденных.
Сколько мудрости! Сколько милосердия! И сколько уверенности в своей силе!
EkkAA7rv4Cw
Ни одна из последующих цивилизаций не смогла и на йоту приблизиться к похожему миропорядку.
Время — не линейно, при определенном умении и фантазии можно запросто перемещаться по вертикали вниз и вверх. Путешествовать в машине времени.
Именно такие сакральные места, как Персеполис — лучшая отправная точка.

Застыв у одного из барельефов, ты начинаешь расширять свои границы.
И вот холодный камень уже исчезает, а ты слышишь бой барабанов и перед глазами бесконечная процессия с дарами и подношениями.
Ведь праздник же. Персидский Новый год. Именно весной в Навруз оживал весь этот гигантский роскошный ансамбль.

Вот мидийцы, ведущие под узды коней, несущие золотые вазы и кубки, а это эламиты с прирученными львицами и золотыми кинжалами, за ними — нубийцы с жирафами, арабы, вавилоняне, армяне…
Благосклонно их встречает человек в длинной одежде и высокой, покрытой листовым золотом, зубчатой тиаре.
Это Дарий, расширивший империю до максимальных территориальных пределов… Это пик. Это вершина. Это триумф.
wR2xJvgF7H4
Время смазывается и другая картинка.
Пир победителя.
Александр Македонский завоевал Персеполь. Вино льется рекой, опьяняя дурную кровь.
Неистовый порочный танец афинской блудницы Таис. Не котролируя себя она хватает с алтаря один из факелов и бросает его между деревянных колонн дворца.
В пьяном веселящем угаре все ей вторят. Начинается пожар.
Вакханалия. Гогот македонцев.

Персеполь взят еще раз. Огонь стирает его былое величие.
И вновь картинка смазывается…
Пол Тронного зала покрыт пеплом. Почти в метр толщиной.
На руинах Александр Великий. В глазах — слезы раскаяния и сожаления.
Он уподобился варварам. Опомнившись и протрезвев, он рвет и мечет. Но ничего вернуть уже нельзя.
Александр видит и свой финал…
B-U5TTiV3tA
Порыв ветра и все картинки перемешиваются…
Роскошь, пепел, величие и бездна, Кир, Дарий, Александр…
Все они кружатся в вихре танца истории…
Времени нет, есть только точка — бесконечная сфера.
И нет уроков и опыта, только бессмысленное движение.

Вспышка. Яркая вспышка. Еще одна, еще, еще…
Прощаюсь с Ираном!
На физическом плане он остается для меня лишь одним магнитиком на холодильнике.
В духовном — загадочной страной, путь к которой только начинается…

 

 

АвторАлександр Лобанов
Узнайте подробнее об этом туре и присоединяйтесь к нам!
▶  http://extremeguide.ru/package/ekskursionnyiy-tur-v-iran-new/
Автор

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

500
wpDiscuz
Ваше имя (обязательно)
Ваш телефон (обязательно)
Ваш e-mail (обязательно)

* Мы не передаем Вашу персональную информацию третьим лицам** Я даю согласие на обработку персональных данных и соглашаюсь c политикой конфиденциальности

Задать вопрос гиду

Ваше имя (обязательно)
Ваш e-mail (обязательно)
Ваш вопрос (обязательно)

* Мы не передаем Вашу персональную информацию третьим лицам** Я даю согласие на обработку персональных данных и соглашаюсь c политикой конфиденциальности